Александр Покровский — Бабочка

lib.ru
Офицер свихнуться не может. Он просто не должен свихнуться. По идее — не должен.
Бывают, правда, отдельные случаи. Помню, был такой офицер, который на эсминце "Грозный" исполнял, кроме трех должностей одновременно, еще и должность помощника командира.
Его год не спускали на берег. Сначала он просился, как собака под дверью: все ходил, скулил все, а потом затих в углу и сошел с ума.
Его сняли с борта, поместили в госпиталь, потом еще куда–то, а потом уволили по–тихому в запас
Говорят, когда он шел с корабля, он смеялся, как ребенок. Бывает, конечно, у нас такое, но чаще всего офицер, если окружающим что–то начинает казаться, все же дурочку валяет — это ему в запас уйти хочется, офицеру, вот он и лепит горбатого.
Раньше в запас уйти сложно было; раньше нужно было или пить беспробудно, или, как уже говорилось, лепить горбатого.
Но лепить горбатого можно только тогда, когда у тебя способности есть, когда талант имеется и в придачу соответствующая физиономия, когда есть склонность к импровизации, к театру есть склонность или там — к пантомиме..
Был у нас такой орел. Когда в магазине появились детские бабочки на колесиках, он купил одну на пробу.
Бабочка приводилась в действие прикрепленной к ней палочкой: нужно было идти и катить перед собой бабочку, держась за палочку; бабочка при этом махала крыльями.
Он водил ее на службу. Каждый день. На службу и со службы.
Долго водил, бабочка весело бежала рядом.
С того момента, как он бабочку водить стал, он онемел: все время молчал и улыбался.
С ним пытались говорить, беседовать, его проверяли, таскали по врачам. А он всюду ходил с бабочкой: открывалась дверь, и к врачу сначала впархивала бабочка, а потом уже он.
И к командиру дивизии он пошел с бабочкой, и к командующему...
Врачи пожимали плечами и говорили, что он здоров.. хотя...
— Ну–ка, посмотрите вот сюда... нет.., все вроде... до носа дотроньтесь...
Врачи пожимали плечами и не давали ему годности. Скоро его уволили в запас. На пенсию ему хватило. До вагона его провожал заместитель командира по политической части: случай был исключительно тяжелый. Зам даже помог донести кое–что из вещей.
Верная бабочка бежала рядом, порхая под ногами прохожих и уворачиваясь от чемоданов. Перед вагоном она взмахнула крыльями в последний раз: он вошел в вагон, а ее, неразлучную, оставил на перроне.
Зам увидел и вспотел.
— Вадим Сергеич! — закричал зам, подхватив бабочку: как бы там в вагоне без бабочки что–нибудь не случилось; выбросится еще на ходу — не отпишешься потом. — Вадим Сергеич! — зам даже задохнулся — Бабочку... бабочку забыли.. — суетился зам, пытаясь найти дверь вагона и в нее попасть.
— Не надо, — услышал он голос свыше, поднял голову и увидел его, спокойного, в окне, — не надо, — он смотрел на зама чудесными глазами, — оставь ее себе, дорогой, я поводил, теперь ты поводи, теперь твоя очередь... — с тем и уехал, а зам с тем и остался
Или, вернее, с той: с бабочкой...
Надоела реклама?
Поддержите DIRTY — активируйте Ваш золотой аккаунт!
Надоела реклама?
Поддержите DIRTY — активируйте Ваш золотой аккаунт!
Развернуть всё
Комментировать
Развернуть комментарий
Лет пятнадцать назад прилетела мне эта книга по фидошной рассылке. В первый же день я её всю буквально проглотил — и только потом уже начал не спеша перечитывать...

...Мама–Родина представляется мне в виде огромной, растрепанной, меланхолически настроенной, совершенно голой бабы, которая, разбросав свои рубенсовские ноги, сидит на весеннем черноземе, а вокруг нее бегают ее бесчисленные дети, которых она только–только нарожала в несметных количествах. А она пустой кастрюлей — хлоп! — по башке пробегающему ребятенку; он — брык! — и она сейчас же наготовила из него свежего холодца с квасом, чтоб накормить остальных.

Фу ты, пропасть какая! Ну что за видения, в самом–то деле! Ну почему так всегда: вот только подумаешь о Великом, как тут же какие–то несметные тучи всяческой дряни вокруг этого Великого немедленно нарастут!

Нет уж! Лучше думать о чем–нибудь личном, не затрагивая этой удивительной территории, более всего напоминающей тунгусское болото, кишмя кишащее всякой малообразованной тварью, куда только кинешь камень с каким–нибудь новым, пока еще редким названием кого–либо или чего–либо, и тотчас же вонючие газы–метаны после — бултых! — вырвутся наружу, а потом кружки–кружочки, и все затянулось аккуратненько по–прежнему.

И можно идти и идти по этой территории, через одиннадцать часовых поясов, и хохотать во все горло, и закончить хохотать где–то в Магадане, сорвавшись со скалы на виду у всего птичьего базара...
Развернуть комментарий
А мне вот это очень по душе:
Вы ещё не видели, каким творогом питают на береговом камбузе героя–подводника, защитника святых рубежей? Если не успели до сих пор, то и смотреть не надо. «Оно» серого цвета, слипшееся. Привозится на камбуз в тридцатилитровых флягах. Открываешь крышку, а там сверху — трупная плесень. Разгребаешь её немножко (сильно не надо, а то смешается), а под ней — творог. Его и едим. Замешиваем со сгущёнкой (так его природный серый цвет не просматривается) и хрумкаем.
В кают–компании старших офицеров у нас те же отруби, что и на всем камбузе, но только на тарелочках и со скатертями. Сейчас сядем ужинать. Я — дежурный по камбузу, мой старпом — дежурный по дивизии.
Лично я творог не ем. Я тут вообще ничего не ем. Достаточно простоять сутки на камбузе, чтоб надолго потерять интерес к творогу, сметане, к первому, ко второму. На камбузе можно есть только компот. Он из сухофруктов. Там разве что только червячок какой–нибудь сдохший плавает, или, на худой конец, вестовой рукавом в лагун залезет, но в остальном отношении в компоте — стерильная чистота.
— Я буду только творог, — говорит мой старпом, потирая руки.
Никогда не видел, чтоб на одном лице было написано столько эмоций сразу. У моего старпома на лице сейчас и терзающее душу ожидание, и радость встречи, и умеренная жадность. А в движениях–то какая суетливая готовность. И все из–за творога. Он никогда не стоял по камбузу, вот и хочет съесть. Может, предупредить этого носорога помягче? Не враг все–таки, а родной старпом.
— Александр Тихоныч. — говорю я с постным лицом, наблюдая, как он все накладывает и накладывает, — говорят, в таких количествах творог вреден.
— Свис–тя–а–т, — радуется он, уродуя на тарелке только что возведенную башню, — творог — это хорошо!
— А вот я читал…
— Че–пу–ха–а…
Старпом поглощает творог, растянув до упора пасть. Вот обормот! Этот на халяву сожрет даже то, что собака не станет есть.
Назавтра старпом пропал. Подменился на дежурстве и пропал. Трое суток его несло, как реактивный лайнер. Лило, как в Африке в период дождей. Пил только чаек. Чайком они питались: выпьют глоточек — и потрусили скучать на насест.
— Я буду только творог, — слышу я в следующее свое дежурство. Оборачиваюсь — наш помощник. Этого только не хватало. Неужели он не знает про старпома? Точно, он тогда в море пропадал. Я никогда не скатываюсь до панибратства с начальством, но данный случай особый.
— Виктор Николаевич, — говорю я с большим чувством, — вы всегда были для меня примером в исполнении своего служебного долга.
— А что такое? — настораживается он.
— Светлая память о вас навсегда останется в наших сердцах, — говорю я и горестно замолкаю. Приятно, чёрт побери, сознавать, что ты вызвал тень мысли на лице начальства.
— Об этом твороге, — замечаю я тонко, — я могу часами рассказывать одну очень грустную историю.
— Ну–у нет! — говорит помощник. — Только после того, как я поем. Не порть аппетит. Это у меня единственная положительная эмоция.
Так я ему и не рассказал. Жаль было прерывать. Как все–таки группа командования у нас однородна. Утром он нашел меня по телефону.
— Сво–лочь! — сказал он мне. — Звоню тебе из туалета. Чай пью по твоей милости.
— Роковое совпадение… — начинаю я.
— Заткнись, — говорит он, — с утра сифоню. Мчался на горшок, как раненый олень, не разбирая дороги. И не известно ещё, сколько так просижу.
— Известно, — сказал я как можно печальней, — вот это как раз известно. По опыту старпома — трое суток. Сказочная жизнь.
Развернуть комментарий и 1 ветку с ответами
Теперь эстафету Покровского подхватил Овечкин.
Развернуть комментарий и 2 ветки с ответами
Sadok: можете подробнее, пожалуйста?
Развернуть комментарий
ded123: https://legal–alien.ru/

Серия "Акулы из стали".
Развернуть комментарий
ded123: уже ответили. плюс первая книга вышла.
Развернуть комментарий
Покровского хочется читать вслух.
Комментировать
Свои
Новые